![]() |
![]()
|
К 140-летию со дня преставления эконома Московской духовной академии иеромонаха Иринея (Добролюбова) (1822 — † 30/13 октября 1874)13 октября 2014 г.
В результате совместной работы с Институтом археологии Российской академии наук в области исследований некрополя Московской духовной академии каким-то чудесным образом выявился облик одного из замечательных ее тружеников середины XIX в. — иеромонаха Иринея (Добролюбова). Сначала его имя встретилось мне в 2013 г. в «Списке погребенных в Троицкой Сергиевой Лавре, от основания оной до 1880 года» (Нижний Новгород, 2012) при разработке схемы погребений академического некрополя. Затем в 2014 г. археологической экспедицией были найден склеп с гробом и останками иеромонаха Иринея. Мощи были переоблачены и положены в новый гроб. Ректор академии архиепископ Евгений с преподавателями и студентами, а также с участниками археологической экспедиции совершили заупокойную литию и перезахоронили останки отца Иринея. Склеп был восстановлен. Дальнейшие поиски сведений об иеромонахе Иринее привели в Библиотеку академии. Выдавая дело, хранящееся в электронном архиве, заведующий Библиотекой отец Дионисий (Шленов) с восторгом вкратце пересказывал его содержание. Обретение имени и места погребения отца Иринея чудесно и знаменательно, потому что в этом году исполняется 140 лет со дня его кончины. А преставился он 13 октября 1874 г. во время всенощного бдения под Покров Пресвятой Богородицы в академическом храме, усердным устроителем и служителем которого был. Иеромонах Ириней родился в 1822 г. в семье причетника Покровской церкви села Плотинского Макарьевского уезда Нижегородской епархии Александра Добролюбова[1]. В 1842–1848 гг. обучался в Нижегородской духовной семинарии «наукам богословским, философским, словесным, историческим, математическим», греческому и латинскому языкам[2]. По окончании семинарии 9 октября 1848 г. был определен в число послушников Оранского Богородицкого монастыря Нижегородской епархии, где 10 июля 1851 г. был пострижен в монашество, 8 ноября рукоположен во иеродиакона, а 10 февраля 1857 г. во иеромонаха. С 1857 г. в жизни отца Иринея начинается период активной административно-хозяйственной деятельности. 24 марта он был назначен на должность казначея Нижегородского архиерейского дома, 11 мая — на должность «подэконома»; 6 ноября на должность казначея Нижегородского Благовещенского монастыря. 5 сентября 1858 г. отец Ириней был перемещен на казначейскую должность в Высокогорную пустынь. 13 декабря 1859 г. согласно поданному прошению он был определен в братство Гефсиманского скита Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. 10 июня 1865 г. назначен на должность ризничего скита. 10 мая 1867 г. святителем Филаретом (Дроздовым), митрополитом Московским и Коломенским, определен на должность эконома Московской духовной академии с оставлением в братстве Гефсиманского скита. 26 сентября 1868 г. святителем Иннокентием (Вениаминовым), митрополитом Московским и Коломенским, в лаврской церкви Сошествия Святого Духа во время Божественной литургии награжден набедренником. 26 сентября 1870 г. назначен членом временного Комитета по перестройке и ремонту в зданиях академии, «для приспособления оных к требованиям нового Устава»[3]. Дело в том, что новый Устав духовных академий 1869/1870 г. предусматривал увеличение количества обучающихся в академии примерно на 60 человек[4]. Потребовалось значительное увеличение количества спален и аудиторий. Правление академии пригласило известного в то время архитектора по жилищным и церковным постройкам Дмитрия Гущина, который разработал проект и составил сметы на приспособление академических зданий к требованиям нового Устава. Проект и смета были разбиты на две очереди в связи с тем, что в 1870/1871 учебном году количество казеннокоштных студентов увеличивалось до 90 человек, а 1871/1872-м до 120 человек. Митрополит Иннокентий распорядился назначить в Комитет по наблюдению за строительными работами профессора академии Сергея Константиновича Смирнова[5], эконома иеромонаха Иринея и священника Успенской церкви Сергиева Посада Николая Фаворского. 2 октября 1870 г. между экономом академии и подрядчиком был заключен контракт. В 1870/1871 учебном году были выполнены следующие работы: 1) в Классном корпусе дополнительно к уже имевшимся двум аудиториям на первом этаже были добавлены еще три путем приспособления двух жилых квартир и физического кабинета с переделкой печей и устройством паркетных сосновых полов; на втором этаже корпуса были устроены жилые квартиры для одного из монашествующих наставников и пяти чиновников, которым полагались по штатам казенные квартиры (для секретаря, библиотекаря, двух их помощников, помощника инспектора), и аудитория для физического кабинета; 2) в четырех спальнях студентов низшего отделения, расположенных в Инспекторском корпусе, были устроены паркетные сосновые полы; 3) обветшавшая деревянная галерея, воздвигнутая еще в 1839 г. между Царскими чертогами и Классным корпусом и выполнявшая функции притвора и входа в церковь, подверглась серьезной перестройке: она была поставлена на пяти столбах с кирпичными арками и сводом в нижнем этаже, в арки были вставлены сосновые рамы, полы сложены из чугунных плит, установлены две чугунные лестницы с тетивами (одна шириной в 2,5 аршина, другая в 1,75 аршина); так как галерея была холодной, то перед входом в церковь был устроен теплый притвор, где студенты и преподаватели могли оставлять верхнюю одежду; 4) в связи с устройством в 1869–1870 гг. академического храма в восточной части Царских чертогов старый актовый зал был перенесен в западный левый угол второго этажа чертогов, состоявший из двух комнат; перегородка была сломана и между комнатами образован пролет шириной в 6 аршин (4,2 м), причем в комнатах было сохранено все убранство: потолочные лепные украшения, изразцовая печь, паркетный узорчатый пол в крайней угловой комнате; в передней половине зала был устроен такой же узорчатый пол как и в крайней угловой комнате; 5) в трех комнатах студентов высшего отделения, располагавшихся в Царских чертогах, для вентиляции полов были просверлены шесть отдушин в кирпичной стене; 6) в коридорах нижнего этажа Царских чертогов и Инспекторского корпуса пришедшие в негодность полы из гжельской лещади были заменены чугунными плитами; 7) для трех аудиторий и актового зала были изготовлены четыре деревянные кафедры, оклеенные красным деревом. Работы, начатые в сентябрьской трети 1870 г., были выполнены в срок. В акте освидетельствования выполненных работ, составленном комитетом 31 августа 1871 г., сказано, что они были произведены «прочно и из материалов хорошего качества». В 1871 г. Правление академии вновь обратилось к Московскому митрополиту о необходимости дальнейшего приспособления помещений к требованиям нового Устава. Архитектор Дмитрий Гущин подготовил проект и смету в 10 393 руб. В сентябре были выполнены следующие работы: 1) в Классном корпусе две комнаты (одна на первом этаже, другая над ней) приспособлены под две аудитории, в связи с чем были переставлены печи, настлан дубовый паркетный пол и т. п.; в должный вид были приведены комнаты студентов и «сборная наставническая комната», находившаяся на первом этаже; к корпусу пристроен тамбур; 2) в Инспекторском корпусе одна профессорская квартира приспособлена под спальню для студентов, к корпусу пристроены тамбуры; 3) в Царских чертогах переложены примыкающие с северной стороны каменные двухэтажные ретирады, окрашены фасады (последний раз перед этим фасады Царских чертогов были окрашены в 1864 г.); 4) в Больничном корпусе переделаны четыре печи и оштукатурены потолки, к корпусу пристроен тамбур; 5) около Классного корпуса построены каменные погреба для хранения провизии, до этого содержавшейся в ямах под монастырскими башнями, весьма удаленных от кухни, мало приспособленных для хранения и не обеспечивавших хорошей сохранности продуктов. Был вновь создан временный строительный Комитет «для наблюдения за работами по постройкам и исправлениям академических зданий для окончательного приспособления к требованиям нового Устава». Эконом отец Ириней 12 марта 1872 г. вошел в состав Комитета[6]. Жалование эконома академии тогда составляло 800 руб. В июле 1872 г. Правление академии направило Московскому митрополиту представление о необходимости произвести ремонт кровли на Царских чертогах, ввиду того, что после последней покраски в 1864 г. «железо местами поржавело и пропускало течь», особенно над храмом. Требовалось также покрасить «главу церковную светло-голубым колером и стенок в два колера по прежнему образцу» и произвести ряд еще мелких работ. Следующим крупным строительством было сооружение Библиотечного корпуса. По ходатайству академии определением Святейшего Синода № 70 от 8/31 августа 1873 г. было разрешено построить Библиотечный корпус по проекту архитектора Дмитрия Гущина. 8 октября Правление академии препроводило в Строительное отделение все чертежи и документы, которые были проверены и одобрены 24 декабря 1873 г. Но явившиеся 8 марта 1874 г. на торги четыре московских купца нашли, что назначенные по смете цены (например, 15 руб. за 1000 кирпичей с доставкой на место) гораздо ниже существующих в Сергиевом Посаде, и отказались от торгов. Академическому правлению пришлось самому обратиться за справками о ценах на кирпич, железо и рабочую силу в Сергиево-Посадскую управу и узнать, в частности, что по ведомости, подписанной городским Головой профессором Московской духовной академии Е. В. Амфитеатровым 1000 кирпичей с доставкой стоит 17 руб., 1 пуд демидовского (или яковлевского) железа стоит 4 руб. 50 коп., каменщик получает за один рабочий день — 1 руб. 25 коп. Правление просило в апреле 1874 г. Дмитрия Гущина пересмотреть смету еще раз. Теперь сметная стоимость строительства библиотеки составила 61 672 руб. Подорожавший проект был утвержден определением Синода № 978 от 3/18 июля 1874 г. В октябре 1874 г. и мае 1875 г. академия получила из Синода ассигнованную ей сумму. Строительство началось осенью 1874 г., через год здание вчерне было возведено. Подрядные работы выполнял купец 2-й гильдии Алексей Пантелеев. В 1877 г. здание было принято комиссией. Перестройки и перепланировки Царских чертогов, Классного, Инспекторского и Больничного корпусов, приспособление их к требованиям нового Устава духовных академий, разработка проекта и начало строительства Библиотечного корпуса — вот немалый ряд дел, отмеченных деятельностью отца Иринея. А сколько их осталось за рамками публикаций и хранящихся в архивах документов! Но самым важным, можно сказать, в высшей степени благодатным делом, которому был причастен отец Ириней, наверное, следует считать устройство в 1869–1870 гг. в Царских чертогах Покровского храма академии. С самого начала устроения храма отец Ириней явил себя усердным и толковым храмоздателем. И по окончании строительства на него до избрания церковного старосты было возложено заведование хозяйственной частью Покровской церкви. А в феврале 1870 г. отец Ириней ездил в Чудов монастырь для получения антиминса, святого Мира и мощей, потребных для освящения храма[7]. Ректор академии протоиерей Александр Васильевич Горский в 1871 г. высоко оценил труды отца Иринея. Отмечая «отлично-усердную службу» и «особенные труды по устройству святого храма при академии», он ходатайствовал перед митрополитом Московским и Коломенским Иннокентием (Вениаминовым) о награждении иеромонаха Иринея наперсным крестом. В представлении от 17 января 1871 г. отец Александр Горский, в частности, писал: «Эконом Московской Духовной Академии, иеромонах Ириней, состоя на службе Академической с мая 1867 года, проходит оную с примерным усердием, отличаясь постоянною заботливостью о внешнем благоустройстве Академии, добросовестным наблюдением ея интересов по хозяйству и строгою честностию. Кроме общих занятий по содержанию Академии, он в 1869 году принимал особенное участие в наблюдении за устройством новой крыши на одном из корпусов Академических, на особо ассигнованную для сего сумму. А потом, в том же 1869 и 1870 годах, когда почетный блюститель Академии, Почетный гражданин Алексей Толоконников предпринял устроить при Академии храм в честь Пресвятыя Богородицы, иеромонах Ириней, по благочестивому усердию к сему святому делу и в пособие храмоздателю, по месту своего пребывания в Москве и приключившейся ему болезни, не всегда имевшему возможность лично наблюдать за ходом работ в устрояемом храме, весьма много содействовал благоуспешному совершению сего дела, — частым отношением с мастеровыми, трудившимися в Москве, внимательным надзором за рабочими на месте, приобретением потребной утвари для храма и опытными советами в устройстве всех принадлежностей церковных в лучшем виде. Все эти заботы его, доведши здоровье его, в осеннее время 1869 года до значительного расстройства, имели весьма важное значение для скорейшего окончания работ по устройству святого храма»[8]. Представление к награде было послано в Святейший Синод, а из Синода государю императору Александру II. 3 апреля 1871 г. император «Всемилостивейше соизволил наградить иеромонаха Иринея наперсным крестом»[9]. Исполняя многопопечительное и ответственное послушание эконома академии, отец Ириней находил время и возможность проявлять заботу о своих родителях и младшем брате. После кончины отца мать и брат нуждались в еще большем попечении. Родитель отца Иринея скончался 21 декабря 1871 г. Вдовой осталась преклонных лет мать. Брат Евгений обучался тогда в Нижегородской духовной семинарии. Отец Ириней 1 февраля 1872 г. подал письмо ректору академии протоиерею А. В. Горскому: «Озабочиваясь устроить жизнь беспомощной старухи-матери и обеспечить продолжение образования брата, я вынужденным нахожусь для сей цели посетить свою родину и родных. А посему покорнейше прошу Ваше Высокопреподобие уволить меня в Нижегородскую губернию сроком на 14 дней»[10]. С 6 по 20 мая отец Ириней находился на своей родине[11]. Через год, 4 мая 1873 г., отец Ириней снова подал прошение ректору на поездку домой для того, чтобы «навестить больную престарелую мать»[12]. Прошения отца Иринея, поданные в майские дни, когда полным ходом развертываются весенне-полевые хозяйственные работы, свидетельствуют о деятельном попечении сына о матери. Глубоко знаменательной и трогательной была кончина отца Иринея. 30 сентября 1874 г. в Покровском академическом храме во время всенощного бдения под престольный праздник Покрова Пресвятой Богородицы, во время литии, когда пели праздничный тропарь перед благословением хлебов, эконом иеромонах Ириней, стоявший с прочими священнослужителями в облачении посредине храма, внезапно упал на месте, не произнеся ни слова. Прибыл академический доктор для оказания помощи страждущему. Однако никакие меры и старания не могли помочь, отец Ириней был уже мертв[13]. Согласно заключению врача академии, доктора медицины, коллежского советника Нила Петровича Страхова от 30 сентября 1874 г., иеромонах Ириней «скоропостижно скончался вследствие бывшей у него болезни сердца»[14]. Иеромонах Ириней, как следует из отношения Правления академии в Сергиево-Посадское полицейское управление, и прежде неоднократно обращался за помощью к Н. П. Страхову[15]. Иеромонах Ириней погребен на кладбище Московской духовной академии около Царских чертогов, в одном ряду со своими сподвижниками, трудившимися над устроением Покровского академического храма — ректорами протоиереями А. В. Горским и С. К. Смирновым. Имущество отца Иринея, состоявшее из икон, наперсного серебряного позолоченного креста, книг, монашеских одежд, портретов и картин, мебели, кухонной посуды и денежных билетов, было распределено между академией, Гефсиманским скитом и его родственниками, от лица которых прибыл родной брат Евгений Добролюбов, к тому времени уже ставший священником и служивший в Преображенской церкви села Кононова Семеновского уезда Нижегородской губернии[16]. По воспоминаниям епископа Николая (Зиорова), к студентам отец Ириней относился хорошо, но без особенных симпатий, был реалистом и узким практиком. Любимым его изречением было следующее: «Ваша философия имеет значение до тех пор, пока дело денег не коснется»[17]. Игумен Герасим (Дьячков)
[1] ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 4. Д. 5408. Личное дело иеромонаха Иринея (Добролюбова). Л. 5–5 об., 7–7 об. [2] Там же. Л. 10 об. — 11. [3] Там же. Л. 8 об. — 9. [4] Голубцов С. А., протодиак . Строительство и хозяйственно-экономическая деятельность Правления академии 1870–1919 гг. (историческое исследование). Машинопись. М., 1982. [5] Впоследствии, в 1878 г., был рукоположен в сан священника; ректор академии в 1878–1886 гг. [6] ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 4. Д. 5408. Л. 11 об. — 12. [7] Корсунский И. Покровская церковь Московской Духовной Академии // Богословский вестник. 1898. Т. IV. № 11. С. 198–199. [8] ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 4. Д. 5408. Л. 15–15 об. [9] Там же. Л. 17. [10] Там же. Л. 20. [11] Там же. Л. 21. [12] Там же. Л. 22. [13] Там же. Л. 34. [14] Там же. Л. 25. [15] Там же. Л. 26. [16] Там же. Л. 23-24, 27. [17] См.: Голубцов С., протод. Московская духовная академия дореволюционного периода. Т. II. Кафедры и личный состав академии. Ч. 3. Библиографический словарь сотрудников академии в 1870–1900 гг. Машинопись. М., 1988. С. 246. |
23 марта 2017 г.
Вот уже на протяжении шести лет при Московской духовной академии существует Спортивно-туристический клуб в честь пророка Божия Илии. Основная цель Клуба – создать пространство для искреннего и неформального общения между преподавателями, студентами Академии, а также их близкими.
17 августа 2016 г.
Подборка составлена редакцией портала Предание.ру на основе опыта многолетнего сотрудничества
27 мая 2016 г.
В Московской духовной академии прошло занятие по теме «Дистанционный контроль. Возможности по сбору и анализу информации об учебном процессе».
30 марта 2016 г.
В рамках обеспечения дистанционного контроля выпускных экзаменов и защит квалификационных работ прошло подготовительное занятие.
|